Вы здесь

№ 50

Грамота Петра I малороссийскому народу об измене И.С. Мазепы и его намерении отдать Украину польскому королю С. Лещинскому

1709 г. января 21

Российский государственный архив древних актов

Ф. 124. Оп. 1. 1709 г. Д. 14. Л. 7. Печатный экземпляр.

Другие печатные экземпляры: Там же. Л. 1–6, 8–9.

Опубликовано: ПиБ ПВ. Т. 9. Вып. 1. С. 38–41.

Б[о]жиею поспешествующею м[и]л[о]стию Мы, пресветлейший и державнейший великий г[о]с[у]д[а]рь, ц[а]рь и великий кн[я]зь Петр Алексиевичь, самодержец всероссийский и прочая, и прочая.

Обьявляем малороссийского народу д[у]ховного и мирскаго чина людей, а особливо Войска н[а]шего Запорожского старшине генералной, полковником, сотником, ясаулом, атаманом городовым и куренным и всем казаком, також и посполству, верным подданным н[а]шим. Чаем, что уже всем то ведомо, како Мы в несколких грамотах наших, також и гетман н[а]ш Войска Запорожского обоих сторон Днепра Иоанн Ильич Скоропадский в универсалех своих ответных о измене б[о]гоотступного вора, изменника, бывшаго гетмана Мазепы[а], вам ясными доводами доказывали, что оный б[о]гоотступник оную для собственной своей тщетной славы и властолюбия учинил и Шведа для того в Украину призвал, дабы поработить сей малороссийской народ паки под древнее ярмо полское и ц[е]ркви Б[о]жии лишить бл[а]гочестия и привесть в унею. Хотя оный в пашквелях своих во образ универсалов за рукою и печатью своею, для возмущения народу малороссийского выданных, з б[о]гоотступною совестию кленется, будьто для общей ползы народа малороссийского и содержания волностей их и чтоб оному не быть ни под нашею, ни под полскою властию, но содержатися особливо свободному, в чем будьто ему от короля шведского обещание дано. Но н[ы]не та его б[о]гомерская ложь обьявилась явна, что он, как все в том пашквеле своем фалшиво, так и сие, ложно прелщая народ малороссийской, писал. А имянно: сего генваря м[е]с[я]ца пойман в местечке Лисенке и привезен в Киев от него, изменника, посланной к Лещинскому шпег, роменской житель Феско Хлюс, у которого междо иными найден его, изменника Мазепы, лист за рукою его и печатью к развратнику отчизни своей, от шведского короля вверженному на королевство полское Станиславу Лещинскому, по полски писанной, которой подлинной мы для лучшого известия и уверения к гетману Войска н[а]шего Запорожского Иоанну Ильичю Скоропадскому послали и повелели оный обьявить в Войске н[а]шем Запорожском и по всем полкам, а при сем, переписав оный для лутшаго выразумения на российской язык, список со оного приложить повелели, в котором он пишет, призывая того Лещинского на отобрание Малороссийскаго краю, будто по общему желанию всея Украины, называя его себе государем, а себя – его верным подданным, а Украину – наследием его, Лещинского. И по тому явно, с какою совестию оный б[о]гомерзкий изменник предает себя Всевышшаго суду, будто оный измену свою учинил для ползы Малороссийского краю и содержания волностей, и чтоб им будто ни под н[а]шею, ни под полскою властию не быть, но особливо свободным остатися. А н[ы]не по тем его, б[о]гоотступного изменника, писмам явилася явная ложь и предателство под полское иго малороссийского народу. А и сверх сего нам от верных особ известно, что оный, желая себя под Полскую область поддать, получил уже от Лещинского за то себе гонор – воеводства в Полше и титул княжения Северского. Какою же безбожною злобою оный изменник Мазепа к малороссийскому народу д[у]ховнаго и мирскаго чина дышет, то явно ис последующаго обьявления, что в сих же числех пойман близ Глухова в селе Коренце шпег, от него ж, изменника Мазепы, посланной, Менской сотни казак Григорей Пархомов и привезен в н[а]ш главной квартер в Сумы, где по роспросу и розыску сказал, будто послан он от Мазепы с писмами к преос[вя]щенному архиеп[и]с[ко]пу Чернеговскому[1], к глуховскому сотнику Туранскому, к князю Четвертенскому и к атаману глуховскому Карпече, которые писма будто в навечерии Р[о]ж[де]ства Хр[и]стова отдал архиерею чрез служебника его, а прочиим самим. И как помянутые князь Четвертенской и атаман и служебник архиерейской оному представлены, то им тот шпег и в очи то говорил. Но Мы, великий г[о]с[у]д[а]рь, м[и]л[о]с[е]рдуя об оных подданных своих, не поверя тем доношениям, велели того шпега в том пытать, с которой пытки обьявил оный шпег, что послан он нарочно от Мазепы в Глухов, а писем с ним ко оным особам не было послано, а обещанны ему от него, Мазепы, денги, дабы, когда пойман будет, сказал нарочно, будто он от него с писмами к вышеписаным особам послан и оные писма им будто отдал, дабы их тем привесть в н[а]шу, великого г[о]с[у]д[а]ря, нем[и]л[о]сть. Которой шпег для подлинного уведомления той злости изменника Мазепы послан к подданному н[а]шему гетману Иоанну Ильичу Скоропадскому и ко всему Войску Запорожскому и велено оного по обьявлении всем казнить смертью. И тако надлежит верным н[а]шим подданным малороссийского народа, видя сию явную измену б[о]гоотступника Мазепы к предателству Отчизни вашей в полское несносне ярмо намеряемое, також и желателство к погублению знатных особ д[у]ховных и мирских малороссийского народу, от его, Мазепиных, прелестей остерегатись и оных отнюд не слушать, но где могут неприятелю Шведу и изменнику Мазепе и единомышленником его приключати всякой вред и при войсках наших Великороссийских стояти против неприятеля мужественно. И где от него, Мазепы, и от шведов какие подсылки или шпеги явятся с писмами или и без писем, також и к ним посланные, тех ловить и к нам, великому г[о]с[у]д[а]рю, присылать, за которую свою верность восприимут от нас, великого г[о]с[у]д[а]ря, м[и]л[о]сть и награждение и крепкую оборону.

Дан в Сумах генваря в 21 1709 году.

 

Список с листа изменника Мазепы, писанного к Лещинскому[2].

Наяснейший м[и]л[о]стивый король, г[о]с[у]д[а]рь мой м[и]л[о]стивый.

Уже то второй лист изображением подданской моей униженности к вашей Королевской м[и]л[о]сти посылаю, сумневаяся, ежели могл прежней в таком замешанном состоянии дел в своем пути дойти. А как я в прежнем желаемым усердием и публичным всей Украины ожиданием покорно просил вашей Королевской м[и]л[о]сти, дабы ко освобождению наследия своего непобедимую изволил подать десницу, так и н[ы]не паки то ж самое повторяю и, ожидая, ожидаю щасливого и скорого вашей Королевской м[и]л[о]сти прибытия, чтоб мы могли соединенным оружием и умыслы неприятелского московского намерения, вначале усмирить дракона[б], а найпаче н[ы]не, когда начала Москва грамотами своими простой бунтовати народ и гражданскую сочинять войну. И хотя оной еще никакого не имеем виду, однако ж те искры, утаенные в пепле, надобно б временно гасить, чтоб из оных к публичному вреду какой не произошел огонь. Для чего, яко отцы в Лимбе (сиречь в притворе адском или чистце), ожидаем пришествия вашей Королевской м[и]л[о]сти, аки избавителя нашего и, прося о том покорно, лобзаю тысячнократно непобедимую вашу десницу.

 

Вашей Королевской м[и]л[о]сти
моего м[и]л[о]стивого г[о]с[у]д[а]ря
верный подданый
и слуга нижайший
Ян Мазепа, гетман.

Из Ромна, декабря
в 5 1708 году

 


[а] В тексте Маземы.

[б] На левом поле напротив строки глосса змия.

 

[1] Иоанн (Максимович, Иван Максимович) (1651–1715), архиепископ Черниговский (с 1697 г.). Митрополит Тобольский (с 1711 г.). Основатель Черниговского коллегиума.

[2] Оригинал – см. документ № 43.